Релиз драмы Джоди Фостер «Бобер» — предмета многолетних чаяний всех голливудских студий — оказался под большим вопросом из-за несдержанности Мела Гибсона. Это еще одна иллюстрация того, как сильно деньги в западном шоу-бизнесе зависят от паблисити: только у нас можно дойти до публичных оскорблений и продолжать строить успешную карьеру, а в Голливуде судьба целой картины может быть перечеркнута неосторожным словом.

Про эскапады Тома Круза, приведшие к провалу «Рыцаря дня» мы уже рассказывали, а теперь похожая история происходит с Мелом Гибсоном.

«Бобер*» — это мелодраматичная история по замкнутого и раздавленного человека, единственным другом которого является игрушка-носок в виде бобра. Герой не выходит без нее из дома, говорит с ней, как с живым существом, и, в целом, ничего больше для счастья ему не нужно. Сценарий был фигурантом «Черного списка» (перечня самых лучших неспродюсированных рукописей за год), за роль оскаровского калибра бились в кровь Джим Кэрри, Хью Джекмен и Стив Карелл, но процесс стоял на месте, пока за дело не взялась производственная компания Anonymous Content и не заинтересовала дистрибуцией быстро развивающуюся Summit Entertainment. Компанию Гибсону составили Антон Ельчин и Джоди Фостер, плюс последняя вернулась к режиссуре. Сильнейший пакет, который предполагалось показать на ряде кинофестивалей и выпустить, как sleeper-hit, выстроив весь маркетинг вокруг Мела.

И вот буквально вчера экс-подружка Гибсона и мать его очередного дитяти представила суду запись обращенной к ней брани, в которой артист называет ее «Запекшейся ниггерской свиньей» и уточняет, что не удивится, если ее «захотят изнасиловать ниггеры». Ходить с диктофоном девушка начала по совету своего адвоката, а слово на букву «Н» является в Штатах самым страшным табу. Общественное возмущение неминуемо, и никакими фестивалями делу не помочь. Плюс теперь совершенно непонятно, на чем строить продвижение картины: репутация Гибсона запятнана и выносить его на плакаты также самоубийственно, как рисовать на них тряпичного бобра.

Проблемы с имиджем Гибсона начались, когда считавшийся образцовым семьянин ушел из дома, оставив супругу и семерых детей. Он долго не появлялся перед камерой — главным образом из-за случившихся перемен. Тем не менее, «Страсти Христовы» заработали $370 млн. только по США и Канаде (двухчасовая натуралистичная религиозная драма на мертвом языке, снятая без участия студий!). Выход следующей картины, «Апокалипсиса», предварял скандал — Гибсон был арестован за вождение в нетрезвом виде и сопротивление полиции, сопровождаемое репликами по заговор евреев. Несмотря на значительный коммерческий крен ленты и историю, близкую американской публике, прокатный результат заметно просел: единственным маркетинговым рычагом было имя Мела Гибсона, находившегося в зените националистического скандала. И хотя позже он выступил с публичными извинениями, домашняя касса лишь чуть-чуть перекрыла бюджет, составив $50,87 млн.

В начале этого года Гибсон вернулся на экраны мощным «Возмездием», но, несмотря на широкий прокат (3,066 кинотеатров — столько же у «Повелителя стихий»), фильм с треском провалился: $43,3 млн. против $80 млн. бюджета. Аналитики связывали надежды с «Бобром», но и им, кажется, сбыться не суждено. Более того, поговаривают, что и намеченные на обозримое будущее проекты Гибсона могут встать на продолжительную паузу (если вообще не потеряют финансирование).