Посмотрел «Мелодию для шарманки» Муратовой. Не надо морщиться или пугаться, я никому не собираюсь морочить голову своими кинематографическими пристрастиями и, тем более, писать что-то, хоть отдаленно напоминающее рецензию. Всего лишь несколько слов по поводу.

Это был «Закрытый показ» на Первом. Дело, на мой взгляд, весьма полезное, не знаю уж, кого благодарить, лично Гордона или руководство канала, но там довольно регулярно бывают представлены отечественные фильмы, доступ к которым в прокате затруднен, иногда до предела, а фильмы попадаются достойные, потому ещё раз безадресное «спасибо», мне, как потребителю это и удобно и полезно. Но вот дискуссии, которые потом разворачиваются, я не слушаю. Один раз, довольно давно, как-то нарвался, по-моему, по поводу «Дикого поля» и минут через десять выключил с раздражением и испорченным настроением.

К тому же, в принципе, подобного рода теледейства не терплю, а лично Гордона выношу исключительно, когда он слушает кого-нибудь умного и рта практически не открывает. Поскольку же последнее время он как раз наоборот его почти не закрывает, то и не выношу вовсе. И тут тоже после кино сразу хотел выключить, но пока искал пульт, услышал фразу самой Киры Георгиевны.

Отвечая на какой-то совершенно дурацкий вопрос ведущего относительно жанра, адресованности или еще чего такого мутного, она довольно жестким тоном пояснила, что в нюансах не очень разбирается, а просто занимается искусством. То есть формально там были произнесены все приличествующие слова, дословно уже не помню, ну, типа «мне бы хотелось верить» и «я смею надеяться», но, по сути, совершенно было ясно, что никаких сомнений у Муратовой нет — то, что она делает, это искусство. И всё, и точка. И вот что любопытно в связи с этим конкретно мне.

Я тоже не сомневаюсь относительно Муратовой. Для меня почти все ее фильмы являются несомненными произведениями искусства. Это отнюдь не значит, что она мой любимый режиссер или мне так уж безумно нравится всё, что она снимает. Что-то ближе, что-то дальше, что-то более понятно, что-то совсем чуждо, но тут темы совсем уже другие, сомнений в том, что это искусство, не возникает. У меня не возникает. А тут я понял, насколько и у самой Муратовой не возникает тоже. Этот момент для меня всегда был интересен.

Многие художники ощущали свою избранность и понимали ценность производимого. Да что там избранность и ценность. И Байрон, и Пушкин, и Достоевский, и много еще кто из великих совершенно попросту и искренне был уверен в своей именно гениальности, не сильно это скрывая. С другой стороны, есть гораздо большее количество людей, в своей непогрешимости и абсолютности таланта не сомневающихся, но ничего общего с истинным творчеством не имеющих. И существует так же небольшое количество настоящих творцов, но небольшое только потому, что это штука вообще чрезвычайно редкая, которые или с некоторой опаской готовы признать за собой какие-то выдающиеся способности, или искренне считают себя не дотягивающими до соответствующего уровня, или вовсе не думают на эту тему. Хотя последних явное меньшинство, даже среди избранных.

Снаружи дело совершенно бесполезное и ненужное, даже задаваться вопросом, что тут лучше и, особенно, полезнее. Потребителю в сущности это всё по барабану, как там ощущал себя Леонардо и нахрена Гоголь второй том запалил. А вот изнутри для каждой конкретной личности выбор позиции и оценка собственных ощущений может оказываться важна, и даже важна чрезвычайно, для вещей достаточно серьезных, вплоть до собственного психического здоровья. Так что, с самооценкой следует, на мой взгляд, поаккуратнее, вещь не такая уж безопасная, как кажется.

И еще один момент, хоть и связанный уже непосредственно с данным фильмом Муратовой, но для него самого имеющий далеко не первостепенное значение, а вот у меня лично постоянно вызывающий вопросы. Во всей картине есть только один персонаж, главная героиня, девочка, которая пытается и понять то, что ей говорят, и сама объяснить свое понимание «связи причины со следствием» в ее изложении. Остальные же принципиально говорят исключительно сами с собой, абсолютно не воспринимая информацию от окружающих. Нет даже истинных диалогов, они нарочито механически составлены из незацепляющихся друг за друга монологов.

Муратова и чисто технически, порой кажется, что и излишне настойчиво это постоянно подчеркивает даже в мелочах. Хозяин супермаркета и администратор вместе смотрят запись с камеры видеонаблюдения и как бы обсуждают увиденное. Но, если вслушаться на мгновение в текст, то очередной раз обнаруживаешь, что люди говорят совсем о разном, не имеющем ничего общего со смыслом сказанного собеседником. То есть, «как бы собеседником». Бесед не существует. Любящий муж и вообще, видимо, прекрасный человек в исполнении Табакова и его столь же любящая жена разговаривают безумно нежно и трогательно, но совсем в разные стороны и не пытаясь вслушаться в слова друг друга, про «понять их смысл» я уже молчу. Некоторыми героями это периодически специально отдельно проговаривается: «А я никогда их не слушаю. Будешь слушать, сразу можно с ума сойти».

Если говорить о чисто формальной составляющей, то трагедия происходит именно по причине этой всеобщей глухоты. Из-за нежелания, неумения, а возможно и изначальной природной неспособности услышать происходящее хотя бы в форме сказанного конкретно тебе и попытаться разобраться в нем. И роль рока (плохо сформулировал, но здесь это не важно) в данной трагедии играет вот та самая примитивная невосприимчивость, непроходимость сигнала.

Когда мы говорим о массовости кино как искусства, то обычно имеем в виду зрителя, несколько упуская из виду чисто производственную сторону. Фильм делает один человек, но его делают и много людей, он физически не может быть полностью индивидуалистичен и замкнут, хотя бы внутри, в процессе создания, сигнал должен проходить, иначе картинка не сложится. Но это так, замечание в сторону.

Оставим все особенности именно кинематографа, представим себе, что тут всего лишь двустишие, даже не перенесенное на бумагу. Всё равно, это сигнал о том, что сигналы не проходят, причем обращенный к тем, до кого они не доходит. В таком случае, нужен ли, в принципе, такой сигнал кому-либо, включая его подающего?

Я не очень понимаю, во-первых, знает ли сама Муратова ответ на этот вопрос, во-вторых, правилен ли этот ответ и, главное, в-третьих, вообще существует ли этот самый правильный единый ответ.

P.S. Да, и вот что еще занятно. Я написал этот текст вчера, но около суток, по причинам, о которых очередной раз нет смысла распространяться, во всем районе у нас был вырублен интернет. И меня уже интересовало не то, что я не могу разместить написанное в своем Журнале, а как бы пожаловаться кому через интернет на неработающий интернет.